Отправляют ли в исправ интернат за бродяжничество?

Спецучилища Беларуси: как туда попадают, почему убегают и действительно ли там исправляются «трудные» подростки

Отправляют ли в исправ интернат за бродяжничество?

Новости Беларуси. В Беларуси сейчас четыре спецучилища закрытого типа. Там ребят «перевоспитывают» и помогают встать на путь истинный. Правда, не всем это по душе. В 2014 году буквально бум на побеги. За последние месяцы в беглецах числилось порядка 50 ребят. А вот наказания за это, по сути, никакого нет.

Две недели до реальной встречи, а пока – телепривет. Даша надеется, что ее любимый Артем, который сейчас находится в спецучилище закрытого типа, увидит этот репортаж. Мы же надеемся, в очередной раз погружаясь в проблемы трудных подростков, найти ответ на вопрос «почему?» и показать «до чего?»

Даша, подруга учащегося Могилевского государственного специального профессионально-технического училища закрытого типа № 2 деревообработки:
Он может выпить. Его несколько раз ловили, потом он попадал, много протоколов составляли.

Минчанин Артем в спецучерждениях закрытого типа провел уже 10 месяцев, до выпуска остались считанные дни. Случится это посреди учебного года – в день совершеннолетия.

Даша, подруга учащегося Могилевского государственного специального профессионально-технического училища закрытого типа № 2 деревообработки:
Сначала он был в приемнике-распределителе для несовершеннолетних, потом его отправили в Кривич. Он сбежал оттуда. Потом его отправили в Могилев.

Парень – не паинька: уже успел отличиться и там, в закрытом мире.

Сперва за любовь к алкоголю его направили в лечебно-воспитательное учреждение, спустя полгода он в компании с однокашниками решил «подышать свободой» и перемахнул через высокий забор «доверия».

Надо сказать, в таких заведениях в Беларуси военизированная охрана не предусмотрена. Контролируют трудных подростков педагоги-воспитатели.

Даша, подруга учащегося Могилевского государственного специального профессионально-технического училища закрытого типа № 2 деревообработки:
У него там друзья и все такое. Они его подтолкнули. Сутки они были там где-то, рядышком, они же не могли далеко уйти. Потом словили машину, поехали. Потом он мне позвонил, оказался здесь.

Я на него наругалась, как он так сделал, мама мне звонила несколько дней. Его искали.

Там неплохо, как я была, нам там все рассказывали, показывали: хорошо кормят, хорошо относятся. Там, конечно, строго, но они сами иногда делают то, что нельзя. Почему убежал? Ко мне? Может быть. Я у него спрашивала, почему.

Он говорил, что соскучился по дому, надоело там.

Продолжение исправления беглеца было неизбежно. Артем с этим смирился и отправился перевоспитываться дальше.

Даша, подруга учащегося Могилевского государственного специального профессионально-технического училища закрытого типа № 2 деревообработки:
Он хороший человек, просто у него такая компания.

16-летняя Даша, как это принято говорить у подростков, встречается с Артемом уже три года. Почти треть этого срока она ждет любимого и надеется, что с возвращением он изменится. Говорит, что в планах у парня доучиться в строительном лицее и найти работу.

Сейчас в Беларуси четыре таких спецучилища закрытого типа, в которых учатся около 200 подростков. Это не колонии и попадают туда не совсем преступники, а те, кто, можно сказать, пока еще на грани: те, кто совершил проступок, не представляющий опасность для общества, или впервые совершил менее тяжкое преступление.

Елена Головнева, заместитель начальника управление социальной, воспитательной и идеологической работы Министерства образования Республики Беларусь:
Воспитанники могут выходить в город в сопровождении педагогов в свободное от учебы время, в выходные дни.

Им предоставлена возможность ехать домой на каникулы. Одной из самых востребованных и разумных мер будет мера пересмотреть в законодательстве перечень мер привлечения к дисциплинарной ответственности за самовольные уходы.

Потому что они сегодня герои, они сегодня рады тому, что о них пишут в Интернете.

Для кого-то спецучилища становятся кафедрой блатной жизни, для кого-то – «пожизненным» уроком, повторять который не собираются.

Виталий Олемпеюк:
Вера в Бога и есть основа моей измененной жизни. Потому что Бог – это моя ценность в жизни. А то, о чем говорит Библия, чему учит Библия – это как принципы моей жизни.

Виталию – 26. Большую половину своей жизни он просто, признается, промотал. И вот его исповедь.

Виталий Олемпеюк:
Я что-то мелкое шел, зацепил. Может, с 11 лет начал, может, с 10.

К 12 годам у него было 35 доказанных эпизодов мелких грабежей. Признается, сколько осталось не подшитых к делу, и сам не подсчитает. Тогда суд вынес решение направить трудного ребенка в спецучилище. Но Виталию удалось отсрочить исправление.

Два года юнец скрывался от милиции. Беглец от правосудия прятался в заброшенных деревенских домах, а иногда приходилось ночевать и в поле. Скитался Виталий не в одиночку, прибился к хулиганской стае.

Виталий Олемпеюк:
В основном это были детдомовцы, сироты, интернатовцы, беспризорники. Я к ним прибился и начал.

В 14 нашего героя все-таки отправляют по назначению. В Могилевском спецучилище Виталий пробыл почти 1,5 года, сообщили в программе «Неделя» на СТВ.

Виталий Олемпеюк:
Там я находился в безопасности от этого общества, которое могло на меня влиять.

Синдром бродяжничества там не обострился. Виталий вспоминает, что и в его времена случались побеги.

Виталий Олемпеюк:
Что может 16- или 17-летний разум: круто, как говорят, понты. То есть я убежал, значит я крутой, есть чем похвастаться.

Многие подростки, оказавшись в, так сказать, замкнутом пространстве, где есть свой порядок и режим, уж слишком впечатляются и погружаются в свой новый мир иллюзий. Это уже не детская «томмсойеровская» проза, а скорее подобие криминального чтива. Блат, понятия и феню администрация, говорит Виталий, всячески подавляет. Но природу юношеского максимализма унять просто нереально. Вот и бегут.

Теперь Виталий – слушатель духовной семинарии и любящий муж.

Но к этому счастливому эпизоду своей жизни он шел через воистину драматические действия. После спецучилища Виталий закончил школу, но снова дурная компания свела парня с пути исправления.

Виталий Олемпеюк:
Я постоянно общался с людьми, которые были старше меня на много лет. Я был постоянно под их влиянием. То есть если они начинали употреблять наркотики, я где-то начинал.

Они начинали употреблять спиртное, соответственно, и мне было интересно. Они крутые – я должен быть. Пришлось побывать очень много где: начиная с притонов, с хат, где варят разное зелье.

И потом снова я попал в следственный изолятор.

Домашняя химия, снова загулы, наркотики, кражи, зона.

Виталий Олемпеюк:
Я встречал ребят, которые находились со мной в спецучилище. Очень многих приходилось встречать уже в местах лишения свободы.

Почти пять лет на игле. Виталий перепробовал практически весь ассортимент запрещенного удовольствия. И в один миг в его жизни появилась вера. Вера в то, что бывает иначе. Новые знакомые его привели в церковь, дальше была духовная реабилитация. И вот уже больше четырех лет Виталий словно учится заново жить.

Виталий Олемпеюк:
По фене разговаривали ли в спецучилище? Я не помню. Наверное, да. Но у меня у самого был такой сленг. Я прекрасно владею речью? Это, может, сегодня, спустя 4,5 года. Изначально было так: стоит веник и совок, я мог натурально мычать как корова. Матно я мог бы сказать.

Валентина Олемпеюк:
Он все рассказывал с самого начала, как мы начали общаться, чтобы быть максимально честными. Меня насторожили, поэтому долгое время я просто смотрела, насколько человек изменился.

А это уже один из лицеев Минска. В актовом зале – подростки, кто-то из разряда «трудные». Сегодня открытый суд над их однокурсником, который не только «баловался» спиртным, но и начал приобщаться к спайсу.

Александр Чуприс, директор Минского государственного профессионально-технического лицея № 7 строительства:
Упущение родителей в воспитании сына. Мы вынуждены были подать документы в суд для лишения родителей родительских прав.

Василий Кохнович, начальник инспекции по делам несовершеннолетних РУВД Заводского района:
Пикантность ситуации в том, что эта не та семья, где родители прямо падшие.

На суд пришла и мама малолетнего ответчика. Слезы и волнения: неужели сына все-таки не оправдают? Но приговор зачитан: парню дают шанс на спасение и отправляют в лечебно-воспитательное учреждение закрытого типа.

Василий Кохнович, начальник инспекции по делам несовершеннолетних РУВД Заводского района:
Он был парнем, склонным к совершению противоправных поступков, распивал алкогольные напитки в общественных местах, был поставлен на учет в ИДН.

После того, как в общежитие попал, продолжил свое противоправное поведение. Неоднократно задерживался нами и за совершение мелкого хулиганства.
Здесь, наверное, дело больше в родителях. Не предложили альтернативы. Они оправдывают себя, что у одного та семья, у этого та семья. Но ребенку от этого же не легче.

Ребенок вынужден был, условно говоря, уйти от родителей.

Пожалуй, только такие крайние меры некоторых родителей заставляют вспомнить, что это их ребенок.

Мать:
Сам виноват, за все поступки, как он говорит, надо отвечать. Пришлось ответить. Я не ожидала, что такое может случиться. А сын? Знал.

Источник: http://www.ctv.by/specuchilishcha-belarusi-kak-tuda-popadayut-pochemu-ubegayut-i-deystvitelno-li-tam-ispravlyayutsya

Трудных подростков отправляют в спецшколы в другие регионы

Отправляют ли в исправ интернат за бродяжничество?

Темиртауских подростков, совершивших правонарушения и преступления, стали отправлять в спецшколу города Кентау Южно-Казахстанской области. Правозащитник говорит, что такая практика к хорошему не приводит.

СПЕЦШКОЛА – НАКАЗАНИЕ ИЛИ СПАСЕНИЕ? Темиртауская комиссия по делам несовершеннолетних планирует отправить 15-летнюю девушку в спецучреждение в другую область, в Южно-Казахстанскую. Опекунша девочки говорит, что не против такой меры наказания, потому что «внучка стала уже неуправляемой». Наталья Комарова, заместитель директора по правовому воспитанию средней школы № 27 и член комиссии по делам несовершеннолетних, говорит, что девочка сбегает из дома, гуляет, где хочет. – Учебе предпочитает работу, а во время нашего рейда поссорилась с сестрой и кинулась на нее с ножом. Мы собираемся определить ее в спецшколу, – утверждает Наталья Комарова. По ее словам, такая же участь ждет и другого темиртауского школьника, который вскрыл несколько гаражей и машин с целью кражи. Поскольку он не достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, его ждет спецшкола с особым режимом в городе Таразе, отмечает Наталья Комарова. Кроме того, по ее словам, мать мальчика могут лишить родительских прав в отношении остальных детей. Однако родительница во время визита комиссии заявила, что не допустит этого. – Я не отдам своего сына в спецшколу и вообще отправлю его туда, где его никто не найдет. Где я буду брать деньги, чтобы навещать его и посылки передавать? Кто-нибудь об этом хоть подумал? – возмущается мать подростка. Ее 15-летний сын тоже против нахождения в спецучреждении и говорит, что сбежит оттуда. Зато другой темиртауский подросток, наоборот, просится, чтобы его определили в спецшколу. С подобной просьбой он обратился в комиссию по защите прав детей. – Моя мать постоянно пьет, и я больше не хочу жить дома. Только я не хочу, чтобы она узнала об этом сейчас, – пожаловался во время рейда 15-летний юноша. Диана Ширяева, старший инспектор по делам несовершеннолетних города Темиртау, говорит, что данный вопрос пока находится на рассмотрении. Стоит отметить, что мнения родителей разделились. Одни считают, что спецшкола сможет дисциплинировать, а другие категорически против такой меры перевоспитания, уверяя, что спецучреждение только усугубит жизнь ребенку, да и добавит хлопот родителям.

Сегодня удовлетворены два материала о направлении несовершеннолетних в

Центральныe ворота металлургического комбината АО «АрселорМиттал Темиртау». Темиртау, 2009 год. спецшколу на один год – в поселок Керней Карагандинской области и в город Кентау в Южно-Казахстанской области.

По словам сотрудника полиции Дианы Ширяевой, сначала материалы рассматриваются на комиссии по делам несовершеннолетних, затем вместе с иском передаются в суд.

С этого года, по ее словам, если суд рассматривает уголовное преступление, совершенное подростком, то ему могут дать не условное осуждение, а отправить на исправление в спецшколу. – Возможно, в марте появится первая ласточка, когда в спецшколу попадут девочки из Темиртау.

В отношении двух девочек материалы находятся на рассмотрении, а в отношении еще одной материал пока еще готовится, – сообщила корреспонденту нашего радио Азаттык старший инспектор по делам несовершеннолетних Диана Ширяева.

АЛЬТЕРНАТИВА ТЮРЬМЕ

Вот некоторые официальные данные касательно этой проблемы. Сегодня в Темиртау на учете в инспекции по делам несовершеннолетних состоят 350 подростков из 260 неблагополучных семей.

Численность малолетних преступников, согласно статистическим данным, растет. В 2010 году к уголовной ответственности было привлечено 85 несовершеннолетних из Темиртау (в 2009 году – 74).

Они обвиняются в кражах, разбойных нападениях, вымогательствах. Только условно осужденных подростков в

Диана Ширяева, старший инспектор милиции по делам несовершеннолетних управления внутренних дел города Темиртау. Темиртау – 23 человека. Чтобы не отправлять подростков в колонию, полицейские Темиртау определяют их в спецшколу поселка Керней, что в Бухар-Жырауском районе Карагандинской области.

На «перевоспитание», а также с целью дать образование туда принимают только 15–17-летних юношей. Есть и еще одна спецшкола – в городе Таразе Жамбылской области, куда тоже направляют только юношей. Для детей младших возрастов и девочек в этих спецшколах мест нет. – В спецшколу, как правило, попадают из неблагополучных, малообеспеченных семей.

Побывав в спецшколе, которая является альтернативой колонии, подросток уже сто раз подумает, прежде чем вновь переступать черту закона, – считает старший инспектор по делам несовершеннолетних Диана Ширяева. Теперь, по словам Дианы Ширяевой, будут отправлять в спецшколу даже 11-летних, причем туда рискуют попасть и «буйные» девочки.

Перевоспитанием подростков занимается и спецшкола-интернат города Кентау в Южно-Казахстанской области.

В СПЕЦШКОЛЕ КЕНТАУ

Корреспондент нашего радио Азаттык связался с руководством этого учреждения. Трудному подростку туда, как выяснилось, попасть несложно, но в решении суда должно быть указано, что подросток направляется именно в город Кентау. Сегодня, по словам заместителя директора по режиму областной спецшколы-интерната Нурлана Ошакбаева, в Кентау находятся дети из шести областей Казахстана, в их числе и Карагандинской. – Мы принимаем мальчиков и девочек с 11 до 18 лет. Они находятся у нас от месяца до года. Профессиональное образование мы не даем, только среднее образование. Если выпадает, что 9-й или 11-й класс ребята оканчивают здесь, то они получают аттестат и уезжают. Если, например, в мае срок у них кончается, то мы направляем ходатайство в суд о продлении срока, до окончания учебного года, – говорит Нурлан Ошакбаев. Областная спецшкола-интернат для детей с трудным поведением в Кентау рассчитана на 150 мест, в данный момент там находятся 60 человек. По словам заместителя директора спецшколы Нурлана Ошакбаева, это учреждение закрытого типа, с жесткой дисциплиной и режимом. Распорядок дня строго по расписанию: с 8:30 до 13:30 – уроки, в 14:00 – обед, потом до 17:00 подростки под руководством учителя занимаются какой-либо работой: например, девочки шьют, мальчики выполняют столярные работы. После этого определено время отдыха. – Ребята могут на территории спецшколы поиграть в футбол, в субботу мы водим в спортивную школу, отряды идут по очереди, а летом в бассейн. Есть центральная библиотека, возим туда ребят, но только в сопровождении. Они участвуют в соревнованиях. Талантливых детей хватает здесь, – говорит Нурлан Ошакбаев. По его словам, несколько лет назад были побеги из спецшколы. Они происходили именно в то время, когда дети направлялись туда не по решению суда, а по решению комиссии по делам несовершеннолетних. – Сейчас побегов нет. Есть мальчишки и девчонки, которые уже третий раз к нам попадают. Сами приходят, пишут заявление. Кто-то просит продлить срок до окончания учебного года. Так что мы можем принять и других ребят, мест свободных много. Как правило, к нам попадают за бродяжничество, непосещаемость школы. Отправляют к нам и за совершение преступлений. Вот, например, сейчас сидит девушка за грабеж. Сначала ей дали условный срок, но суд направил ее к нам, – говорит заместитель директора спецшколы в Кентау Нурлан Ошакбаев.

ПРАВА ПОДРОСТКА

Источник: https://rus.azattyq.org/a/detskaja_kolonia_specshkola_kazakhstan/2344491.html

«Когда попал в полицию, стало страшно»

Отправляют ли в исправ интернат за бродяжничество?

Истории учеников единственной в области школы для малолетних правонарушителей

Свою историю Аннинская специальная общеобразовательная школа ведёт с 1919 года, когда в бывшем имении князя Александра Барятинского были созданы детский городок и детский дом для беспризорников.

С 1943 года школа функционировала как колония для малолетних правонарушителей и находилась в ведении НКВД.

В 1965 году колонию преобразовали в спецшколу-интернат для детей и подростков, нуждающихся в особых условиях воспитания, и передали в ведение Министерства образования России.

Их называют трудными подростками. За совершённые правонарушения детей от 11 до 14 лет в нашей стране по решению суда отправляют на перевоспитание в спецшколы. В Воронежской области подобная только одна — в Анне.

Здесь учатся мальчишки из разных городов России.

И хотя аннинская спецшкола не входит в систему Федеральной службы исполнения наказаний, а находится в ведении Министерства образования, она не похожа на обычное образовательное учреждение.

Корреспонденты «МОЁ! Online» провели один день в Аннинской специальной общеобразовательной школе и узнали, как живут её подопечные.

Маленькие взрослые

Пройти на территорию школы можно только через контрольно-пропускной пункт, с разрешения администрации, а сама она по всему периметру огорожена забором.

Несмотря на это, первое впечатление, после того как ты переступаешь порог спецучреждения, — будто попал в обычный детский лагерь: мальчишки играют в футбол, режутся в лапту, на входе в корпус школы висит стенгазета, а рядом — аккуратные клумбы с цветами…

И всё же от лагеря спецшколу отличает строгий режим. Ребята здесь живут по расписанию, в столовую ходят строем, не могут по своему желанию покинуть территорию или уехать домой на каникулы. Сотовыми телефонами пользоваться им запрещено. Позвонить родственникам они могут раз в неделю или по праздникам, чтобы поздравить родных.

Мальчишки очень любят рыбачить. Сюда их приводят за хорошее поведение и успехи в учёбе

Александр ЗИНЧЕНКО

Впрочем, скучать воспитатели и педагоги подросткам не дают — устраивают выездные экскурсии, походы, рыбалки, купания в реке. А спортплощадка в свободные часы в неограниченном доступе. В школе есть всё, что душа пожелает: от тенниса до велосипедов — летом, собственный каток — зимой.

Сейчас в спецшколе живут 27 детей. В год через неё проходят около 40 подростков. Сюда направляют детей, не достигших возраста уголовной ответственности, по решению суда за самые разные правонарушения — кражи, угон машин, бродяжничество и другие. Срок для исправления дают разный, но не более трёх лет. Пребывание в школе судимостью не является.

— Как ни странно, наша спецшкола — выход из сложной жизненной ситуации для мальчишек, которые за свои проступки попали не в тюрьму, а к нам, в общеобразовательную школу, — говорит директор учреждения Олег Пархоменко. — Эти подростки — маленькие взрослые, они много что в жизни видели и пробовали.

Попадают к нам из разных семей, в том числе и благополучных. Как правило, дети недолюблены, у многих педагогическая запущенность, некоторые нуждаются в медицинской помощи. Наша задача — сделать так, чтобы у них были улучшения во всех сферах.

В целом все ребята способные, и, когда они чувствуют внимание и заботу, начинаются положительные изменения.

Олегу Пархоменко 61 год, он работает директором спецшколы уже десять лет. Под его руководством коллективу удалось добиться того, что с 2015 года никто из воспитанников не пытался сбежать. Ранее бывало и по 20 побегов за год. Наоборот, каждый четвёртый ученик просит продлить ему срок пребывания в школе, чтобы закончить здесь девять классов.

— В школе на каждого ученика приходится по два с половиной сотрудника, — говорит Олег Пархоменко. — Не каждый сможет работать здесь. Особенно строго мы отбираем воспитателей, ведь они ближе всех к детям. Они должны быть авторитетами во всём, даже в быту — не курить, не материться. На работу берём как мужчин, так и женщин.

«Наказаний у нас нет»

Ребята устроили корреспондентам «МОЁ!» экскурсию по территории школы. Показали школьный музей, живой уголок с черепахами, рыбками и попугаями, теплицы, где мальчишки выращивают огурцы и помидоры для столовой. График у пацанов даже летом очень насыщенный.

Зарядка, спортивные игры, пятиразовое питание, экскурсии, творческие занятия, уборка… Общаешься с мальчишками, и кажется, что ничем они не отличаются от обычных подростков. Любят животных, слушают рэп, обожают футбол, обсуждают рыбалку.

Но при этом про каждого хоть книжку пиши, настолько впечатляют их судьбы.

— Один парень к нам попал, потому что воровал видеорегистраторы на машинах, — рассказывает замдиректора по воспитательной работе Надежда Спицина. — Приносил домой и разбирал себе на игрушки.

Ещё один мальчик у нас оказался, потому что мать не уделяла ему должного внимания, и он был вынужден воровать, чтобы поесть. У кого-то в семье родители развелись и, как следствие, дети попадали в плохие компании. За убийство попадают крайне редко. Сейчас таких детей в школе нет.

А когда-то был у нас мальчик, который из ружья убил своего отца. Тот на протяжении долгого времени издевался над ним и братом, в будку собачью сажал, вот ребёнок и не выдержал… За каждым преступлением стоит личная драма.

В школе мы стараемся создать атмосферу дома, семьи, чтобы здесь дети чувствовали себя защищёнными и нужными. У нас нет наказаний, только беседы.

На каникулах школа похожа на обычный летний лагерь

Александр ЗИНЧЕНКО

«Лучшая награда — порадовать родителей»

В школе выстроена особая система обучения и самоуправления. В каждом классе есть свои ответственные. За каждое действие ученики получают оценки по пятибалльной шкале. Например, за зарядку, за чистоту, за дисциплину, за участие в общественной жизни. Отдельно оцениваются успехи в учёбе.

За баллы потом можно по итогам четверти выиграть разные призы — подарки, сладости, обменять баллы на прогулку за территорию школы с воспитателем. А ещё есть возможность на каникулы получить поездку домой. Но больше всего ребята стремятся заполучить благодарственное письмо родителям.

Каждую четверть такой возможности удостаиваются двое — пятеро лучших учеников.

— Дети очень стараются порадовать своих близких, для них невероятно важна поддержка родителей, какими бы мама с папой ни были, — говорит Надежда Спицина. — Здесь всё плохое забывается, ребята с нетерпением ждут писем от родных, звонков.

Родители в любое время могут навестить своих детей. Многие приезжают издалека, снимают жильё в Анне, чтобы проводить время вместе с сыновьями. В школе мы застали двух мам — Светлану и Наталью, приехавших из Республики Коми и Чувашии.

За какие проступки их сыновья оказались в спецучреждении, женщины говорить не стали. Оно и понятно, о плохом вспоминать никому не хочется.

Зато с гордостью отметили, что и Никита, и Максим были награждены благодарственными письмами своим мамам.

За хорошую учёбу Никита и Максим были награждены — руководство учреждения направило благодарственные письма родителям мальчишек

Александр ЗИНЧЕНКО

— Я думаю, что всё, что ни делается, к лучшему, — говорит Светлана, мама девятиклассника Максима. — Сын здесь живёт полтора года. У нас с ним отношения стали гораздо лучше. Я очень благодарна учителям и воспитателям. Сын изменился, подтянул учёбу.

У мамы Никиты тоже нечасто получается навещать сына, поэтому каждую минуту до своего отъезда они стараются провести вместе. Наталья также отметила, что сын поменялся за время учёбы, заинтересовался православием.

— Ну, я и раньше знал, что можно молиться, но не делал этого, а здесь в храм хожу, — смущённо говорит Никита. — Мне нравится изучать жизнь святых.

В школе есть молельная комната. А ещё с желающими местный священник проводит занятия в воскресной школе.

«После выпуска три года следим за учениками»

В январе этого года Аннинская спецшкола стала одним из победителей во всероссийском конкурсе социальных проектов и выиграла грант в два миллиона рублей.

Эти средства пойдут на развитие трёх направлений — пошивочный цех мягких игрушек, столярную мастерскую и обустройство новых теплиц. Эти направления — часть программы по профессиональной подготовке воспитанников.

Вообще в спецшколе мальчишки — настоящие мастера, шьют игрушки так, что от магазинных и не отличишь. А их резные изделия из дерева на ура продаются на различных выставках-ярмарках.

— Наших детей в Анне хорошо знают, — говорит Надежда Спицина. — Они участвуют в муниципальных и российских творческих конкурсах, рисуют, поют. А в спортивных соревнованиях постоянно призовые места занимают. Радуешься их успехам, как победам своих детей, и огорчаешься, если что-то не получается.

К сожалению, не у всех после выпуска получается измениться, в основном так бывает, если дети возвращаются в прежнюю среду, где у них нет достойных примеров. Но мы прикладываем все усилия, чтобы этого не произошло. В течение трёх лет контролируем дальнейшую жизнь наших выпускников. Переписываемся с ними в соцсетях, созваниваемся, делаем запросы в официальные органы.

Приятно, что многие выпускники называют школу домом и пишут, что очень скучают.

Почему подростки всё же идут на нарушения закона? Директор спецшколы говорит, что одна из причин — чувство безнаказанности. Редко кого из детей отправляют в спецучреждения после одного и даже двух эпизодов. Пока какое-то серьёзное наказание не последует, ребята не осознают свои поступки.

— Многие дети сейчас меряются, у кого телефон или планшет круче. Не каждый родитель может купить дорогую вещь, иногда это толкает детей на воровство. Очень важно, чтобы родители объясняли, что в жизни материальные ценности не так важны, как семья, любовь, дружба, — добавляет Надежда Спицина.

Уезжать из школы нам не хотелось. Настолько здесь душевная и семейная атмосфера, которая помогает растопить сердца даже трудных подростков.

Личные истории учеников спецшколы

Мальчишки, которые попали в Аннинскую спецшколу, не любят вспоминать своё прошлое, потому что они мечтают после выпуска начать жизнь с чистого листа. И всё же несколько ребят поделились своими историями. Их имена изменены.

Миша, 7-й класс, Республика Коми:

— Сюда попал за воровство. Меня друзья шопоголиком прозвали. Стоило мне только увидеть вещь, которая мне нравилась, и всё, ничего не могу с собой поделать. Родители не могли мне это купить, поэтому я связался с плохой компанией и стал воровать.

Я прогуливал уроки, убегал из дома, не приходил ночевать, прятался у бабушки в бане, а родители не знали. Я очень виноват перед ними. Сейчас очень по ним скучаю. Мой срок закончится после седьмого класса, сразу домой поеду. У меня к тому времени уже сестрёнка родится.

Может, если бы родители здесь жили, я бы и до девятого класса тут учился.

Конечно, в школе не хватает свободы, хочется иногда выйти погулять. А вообще, здесь мне очень нравится. Мы недавно ездили на конезавод на экскурсию, играем в футбол, в теннис, катаемся на лыжах. Ещё мне нравится шить мягкие игрушки. Я их родителям отправляю на праздники.

Вернусь домой, открою интернет-магазин, буду шить игрушки и продавать. Ещё продолжу заниматься футболом, мечтаю поступить в Академию футбола в Москве и сходить на матч любимого «Спартака». Я знаю, что будет много соблазнов вне школы, но я ни за что не буду снова воровать.

Живой уголок в школе учит мальчишек заботиться не только о себе

Александр ЗИНЧЕНКО

Артём, 8-й класс, Республика Коми:

— В школе я почти два года. У меня срок во второй четверти девятого класса заканчивается. Но я останусь до конца учебного года, чтобы здесь школу закончить. Не хочу возвращаться, я тут привык ко всем. Хотя скучаю по родителям, по братьям и сестре.

Сюда я из-за друзей попал. Дрался, воровал, из дома сбегал. Мы воровали кошельки, телефоны, заходили в магазины и брали жвачки, шоколадки. Просто весело было. Всё это года полтора продолжалось. Когда первый раз попал в полицию, стало страшно.

Родители всё узнали. Я на какое-то время перестал воровать, а потом опять начал. И уже после того, как второй раз в полиции оказался, меня сюда отправили. На самом деле я не люблю воровать и драться не люблю, я спокойный.

А с друзьями теми больше не общаюсь.

Когда приеду домой, первым делом поговорю с родителями. Они уже получили от школы благодарственное письмо, были очень рады, сказали мне: «Молодец, исправился». А потом хочу на художника выучиться.

Пётр, 9-й класс, Воронежская область:

— Как и почти все, я в школу за воровство попал. И не за одну кражу, а за несколько. Только здесь осознал, что, например, на телефон, который я украл, человек мог долго копить. Раньше я курил, сейчас бросил. Даже от запаха сигарет теперь тошнит.

В школе начал много читать. Особенно нравится фантастика. Недавно прочитал книги «Зерцалия» Евгения Глаголева. Я очень хочу начать всё сначала, чтобы никто не знал, какие поступки я совершал. Хочу уехать в другой город.

Мечтаю, что мы с ребятами, с которыми здесь подружились, откроем свой бизнес.

Многие дети не хотят покидать школу и просят оставить их здесь до конца 9-го класса

Александр ЗИНЧЕНКО

Историю о том, как один из воспитанников аннинской «угнал» авто на глазах бывшего начальника Главного управления внутренних дел по Воронежской области Олега Хотина, читайте в номере «МОЁ!» от 21 августа.

Как помочь ученикам Аннинской спецшколы

Директор школы Олег Пархоменко рассказал, что на самое необходимое средства выделяются — одежда для учеников, питание и прочее. Однако школе нужна помощь в подготовке к учебному году и для дополнительных занятий. Также в школе будут рады спонсорской помощи в организации экскурсий для детей.

Необходимы канцтовары, наборы для творчества и рисования, настольные игры, искусственный мех для пошива мягких игрушек. Принести всё это можно в редакцию «МОЁ!» по адресу: ул. Лидии Рябцевой, д. 54 — до 11 сентября с 9.00 до 18.00 в рабочие дни. Узнать дополнительную информацию можно по телефону 267-94-00 (спросить Ольгу Гнездилову).

В середине сентября корреспонденты «МОЁ!» вновь навестят учеников спецшколы и передадут им подарки от наших читателей.

Источник: https://moe-online.ru/news/society/1019236

Законовед
Добавить комментарий